Харьковские бобры мигрируют в поисках лучшей жизни

В этом году ученые в национальном парке «Слобожанский» не досчитались 13 семей.

Ежегодная перепись бобрового населения в национальном парке «Слобожанский» на Харьковщине закончилась на днях, и расстроила ученых – за все годы наблюдения хуже цифры в итоговом подсчете еще не было: в 2019 году сотрудники парка и волонтеры насчитали всего 22 бобровых семьи, хоть в прошлом году их было еще 35. Такой результат хоть и удручающий, но очевидный  — еще с лета болота, которые бобры облюбовали за долгие годы жизни в парке, в очередной раз пересохли, поэтому животным пришлось отправиться в путь.

Научный сотрудник парка Наталья Брусенцова объясняет, в какую сторону ушли их бобры, сказать сложно — обычно, чтобы отследить пути миграции, ученые за рубежом используют радиопередатчики.

— Их вешают на животное, и смотрят, как они перемещаются. У нас в парке такого оборудования нет. Иногда по нашей территории мы можем получить только косвенные данные о миграции. Например, у нас есть семья бобров, которую мы ведем из года в год, знаем, сколько в ней взрослых и молодых особей. И когда на соседнем болоте у нас поселяются молодые бобры, мы предполагаем, что это скорее всего переселился «молодняк» из семьи, — говорит Брусенцова.

По словам ученой, в поисках более комфортного места для жизни бобер может преодолевать достаточно длинные дистанции, хоть этот путь для самого большого водного грызуна всегда сопряжен с большой угрозой.

— Они уходят в поисках лучшей кормовой базы, туда, где лучше ситуация с водой. В первую очередь, они ищут ближайшее место, где можно осесть. Мы думаем, что наши бобры как раз уходят в реку, потому что там хорошие условия для зимовки. Но с переселением у животных всегда есть сложность – они приходят на новое место, а там уже живут другие представители вида. И, если территория занята, они будут идти дальше, пока не найдут свободный угол. Пока животные перемещаются по суше, они уязвимы, им негде ночевать, нет возможности защищать себя, поэтому они могут погибнуть, — рассказывает Наталья Брусенцова.

На ситуацию с количеством семей ученая смотрит с оптимизмом – надежда, что ситуация поменяется, и бобров прибавиться, есть.

— Мы не первый год ведем учет, и пока это самая низкая численность, ведь болота второй год по полгода пересохшие. Поэтому ситуация не очень утешительная, но это не значит, что в следующем году болота не будут наполнены, и бобры — молодые или с речки — не расселятся здесь. Один год – это никогда не показатель, — уверяет научный сотрудник.

Перепись в парке проводят каждый год – ученые следят за жизнью местной популяции с 2013 года и каждую осень отправляются в рейд, чтобы узнать, как дела у самого большого водного грызуна. Последние годы для бобров выдались не очень простыми. Как рассказывают в парке, все дело в засухах.

— Еще с лета пересохли все лесные озера и болота, да еще и хищники вокруг — лисы и одичавшие собаки. Отсутствие воды делает бобров уязвимыми и перед хищниками, и зимней непогодой, — говорят ученые.

Ситуация с водой была не очень хорошей и перед прошлой зимовкой, но как это сказалось на грызунах, станет понятно лишь после подведения итогов переписи в декабре. Ученые говорят, худшим годом для бобров был 2015, когда половине популяции пришлось уйти на другие водоемы. В 2016 ситуация стабилизировалась: в рейде удалось найти 34 участка для зимовки бобров, а в прошлом году больше 30, в этом только 22.

Бобров считают не только под Харьковом: бобровые переписи проводят и на Полтавщине, и в Ровенской области, и даже на Закарпатье. Например, в Ясинском лесном хозяйстве егеря наблюдают, как их грызуны устроились на зимовку. Также лесники говорят, что гребли, которые построили бобры, положительно влияют на численность рыбы в реках хозяйства.

Добавить комментарий

X

Pin It on Pinterest

X